Александр Маркевич

Рок-н-ролльный Рембо


журнал "Смена", январь 1991
Когда я умру -
в рай попаду:
Я же все время
провёл в аду.
Мик Джэггер

 
Иногда мы забываем о нём, иногда вспоминаем. Иногда. Но он всегда где-то рядом. Его голос ("Голоса-то у меня нет, вы понимаете, что я имею в виду ? Я же не Том Джонс…") столько раз заполнял до отказа вашу квартиру, вашу жизнь, вы столько раз видели его губастый большой рот в видеоклипах и фильмах, что он стал своим в доску, друганом-дружбаном ("Мне нужен кто-то, кому бы я мог поплакаться в жилетку, кого бы я мог защитить…") из песни "Waitin' On A Friend" ("В ожидании друга"). Что движет им ? Желание быть на виду, мелькать в газетных заголовках, наконец, просто нравиться ? Неисправимый эксгибиционизм ? Зачем ему, заслуженному миллионщику Британских островов, все эти гастроли, съёмки, записи в студии, изобретение новых линий в женской одежде, писание биографии без помощи журналиста… ("Никто меня не просит писать киносценарии. А я пишу".) А может быть, в его суетливой активности - страх перед последним пунктом Старой Голливудской Шутки ? Кстати, вы помните Старую Голливудскую Шутку ? Нелишне напомнить её в эпоху наступления по всем фронтам ядреного отечественного шоу-бизнеса. В качестве иллюстрации воспользуемся именем восходящей старлетки:
   1. Кто такая Наталья Негода ?
   2. Покажите мне Наталью Негоду.
   3. Покажите мне актрису, напоминающую Наталью Негоду.
   4. Покажите мне юную Наталью Негоду.
   5. Кто такая Наталья Негода ?
   Шутка шуткой, но в обойме суперзвёзд всерьёз и надолго задерживаются лишь единицы. Самые-самые. Из их числа Мик Джэггер, певец и композитор лучшей рок-группы мира "Роллинг Стоунз". Титул л у ч ш е й "роллинги" носят, как клеймо, вот уже добрых лет 20. Как заметила писательница Барбара Черон, по отношению к другим группам Мик употребляет эпитет "отличные", а о своей говорит только как о "хорошей". Быть может, именно поэтому "Роллинг Стоунз" - лучшие в мире ?
   Мик Джэггер появился на свет 26 июля 1943 года. "Я родился под ураганным перекрёстным огнём…", - слегка мифологизирует он факт своего явления в этот мир в песне "Jumpin' Jack Flash". Его отец, преподаватель физвоспитания в колледже, трогательно сожалел в 74-м, что из сына не вышел знатный спортсмен". Мик мог бы стать изумительным игроком в крокет…" Побывав с супругом на первой, шумливой и колготной свадьбе Мика, его мама призналась: "Надеюсь, мой младшенький, Крис, никогда не станет суперзвездой". Ещё в детсаде Мик отличался умением корчить рожи, вертлявостью (любимый герой детства - Тарзан) и тягой к пению. Причём к пению от души. "На уроках пения в школе я всегда орал громче всех, я пел что есть мочи, даже если не знал слов. Я их просто придумывал". Когда Мик учился в Лондонской школе экономики, на уроке физкультуры в один ужасный (прекрасный?) день он откусил кончик своего языка и на несколько суток лишился дара речи. Впоследствии оказалось, что его голос роковым образом изменился. Любой, даже начинающий оккультист увидит в этом случае удар судьбы, небесное знамение. Мик всегда питал любопытство ко всему потустороннему. Однажды вместе с Кейтом Ричардзом, соавтором и соло-гитаристом, он вознамерился слетать в Рио, где объявился ведьмак. Популярный, как у нас Чумак. Перед отлётом Ричард сообщил газетчикам: "Мы надеемся на встречу с этим колдуном, занимающимся сразу чёрной и белой магией. У него длинное трудное имя, которое мы не в состоянии выговорить. Для краткости мы зовём его просто: Банан".
   Историческая встреча Мика и Кейта случилась в 60-м, в прокуренном вагоне пригородного поезда, в котором путешествовали ещё Ш. Холмс с нетерпеливым доктором. Мик ехал в обнимку с дисками рок-н-ролльщиков, с Чаком Берри, Литтлом и Мадди Уотерсом. Кейт и Мик вместе росли, но никогда не были на дружеской ноге. Однако Кейт узнал Мика с первого взгляда и припомнил случай из детства, когда маленький Мик приторговывал мороженым, чтобы иметь "капусту" на карманные расходы. И он, Кейт, тогда раскошелился и, по-видимому, из жалости, купил порцию. В поезде они разговорились и сразу они разговорились и сразу поняли, что их объединяет одна,но пламенная страсть. Нет, не музыка. Музыка была только частью айсберга. Они оба боготворили Америку. Эльдорадо для тинейджеров. Классные фильмы, модные шмотки, сленг - всё там было не таким, как в пуританской, чопорной Англии. Гамбургеры. Гангстеры. Кока-кола. Калифорния. Новый Орлеан. Блюз. И рок-н-ролл. Бадди Холли и Великий Элвис! В Англии Холли был не менее популярен, чем Элвис, и поначалу Мик копировал именно его манеру пения. Английская пацанва в те дни раскололась на два лагеря: поклонники Элвиса Пресли облачались в кожу, болельщики Бадди Холли кожгалантерею презирали.
   Через несколько лет в советских школах подростки разделятся на битломанов и роллингоманов. Разделятся тихо-мирно, без драк, ибо всех объединяли запреты: на новый музон, на джинсы, на длинные волосы и т.д. Режиссёр "Пластилиновой вороны" Саша Татарский вспоминает в "Юности", что "длинные волосы носить было можно, но только после школы. В школе все носили короткие". Вообще говоря, ничто так крепко не сплачивает людей, как общие лишения и система запретов. Об их благотворной роли в тоталитарных государствах ещё будут написаны книги, томов премногих тяжелей.
   Мик Джэггер не видел в запретах ничего положительного и с самого начала вёл против них подрывную деятельность. А начинали " Стоунз" с подражания. "Мы копировали песни нота в ноту, но даже "сняв" один в один, первозданного звука не добивались". Так, из опыта, Мик пришёл к пониманию важного закона искусства: формальная точность ничего не значит, она бессильна передать дух. Мик как-то признался, что жалеет, что не родился американцем. Может быть, чёрным. Это решило бы все проблемы.
   Нет, всё-таки хорошо, что Мик не родился чёрным американцем. Иначе мир потерял бы гениального исполнителя белого ритм-энд-блюза.
   Что требуется исполнителю, чтобы выбиться в сверхзвёзды ? В самом грубом виде, по нашему разумению, как минимум, три вещи:
   1.Ремесло (профессионализм).
   2.Сердце (душа).
   3.Мозги.
   Сочетание трёх этих качеств в одном человеке - редкость небыкновенная. Чтобы преуспеть в поп-музыке, вполне достаточно первых двух. Хуже с мозгами. Как доходит дело до наруливания абсолютно свежих идей, 95 процентов групп останавливаются как вкопанные.
   В 60-е годы "Стоунз", проигрывая битлам в изощрённости гармоний и чистоте исполнения, максимально точно передают пульсацию времени. "Они объясняли нам, что происходит. И мы доверяли им во всём", - примерно так утверждали фанаты роллингов, имея на то полное право. Ирландец Боб Гелдоф в своих мемуарах "Это всё ?" пишет, что смазливые мальчики-чистюли из "Битлз" вызывали у него зевоту (пока он не овладел игрой на гитаре). Другое дело "Стоунз", Которых ненавидиели все родители мира. За то, что одним своим уродским видом они как бы говорили: а плевать мы хотели на ваши устои".
   Впрочем, "Стоунз" специально этот имидж не изобретали, всё у них получалось спонтанно. Вот характерный фрагмент из интервью с Миком в 68-м году:
ЖУРНАЛИСТ: - Что ты думаешь о людях, которые относятся к твоим песням, как к политическим и социальнм заявлениям ?
МИК: - …Для "Стоунз" это всего лишь попытка сумбурно высказать то, что мы чувствуем.
ЖУР.: - Но, кажется, ни одна другая группа этим не занимается ?
МИК: - Отчего же, множество групп.
ЖУР: - Какая ещё группа написала "19th Nervous Breakdown" ("19-й нервный припадок") и "Mother's Little Helper" ("Мамин маленький помощник")?
МИК: - Ну…Боб Дилан.
ЖУР.: - Нет, у него другая "фишка".
   1968 год стал последним годом молодёжного бунта. Во Франции студенты прибегли к более действенному средству, чем рок-н-ролл. "Будь я французским рок-певцом, - заявил Мик, - я неизбежно принял бы участие в революции во Франции. Но у нас в Англии ужасно трудно разобраться, где же они находятся, эти самые баррикады".
   После 68-го Мик переносит свой бунтарский запал с окружающего мира на самого себя. Прогрохотав в 60-е по всем запретным темам, от сатанизма до наркотиков, "Катящиеся камни" во главе с Миком осознали, что у музыки нет другой цели, кроме музыки, и жизнь надо принимать, как данность. "Жить только рок-н-роллом… ты мог себе позволить, пока был тинейджером. Было бы глупо делать это всё время." Мик - в соответствии со своеё песней-декларацией "I'm free" ("Я свободен") избегает отныне всего концептуального. Левые рок-критики чуют измену. И заживо хоронят "Стоунз" со всеми подобающими почестями. Перечитывая критику тех лет, поражаешься, до чего же хлёсткие, эрудированные, ядовитые и многомудрые западные журналисты обожают мартышкин труд. Практически все их выпады против "Стоунз" - нарциссизм чистой воды. Театр немых суфлёров. Под натиском времени их статьи рассыпаются, как трухлявый пень. "Стоунз" же продолжают делать то, что делают только они. И чаще всего как Бог на душу положит. Но это чисто "стоунзовское", это примета стиля. Ну нельзя отучить Джэггера не быть сентиментальным, ну не может он наступить на горло собственной песне и не писать вещей типа "Angie". Голая коммерция, - комментируют тамошние писаревы. На диске "Black And Blue" "Стоунз" обращается к музыке реггей - и со всех сторон несутся упрёки, что он поступается принципами старого доброго рок-н-ролла. Каждый новый альбом встречается критикой (не слушателями !) в штыки.
   "Время никого не ждёт" - знает Мик и стремится перепробовать всё на свете. Для самоанализа просто нет времени. " Я никогда не читаю аналитических материалов, - издевается мстительный Мик, - я их пропускаю. Я просматриваю только первые страницы и снимки. Кто-то спросил меня, побаиваюсь ли я разгромных статей, и я ответил: "Нет". Пока моё фото на обложке, мне начхать, что обо мне говорится на странице 96".
   А на странице 96 журналисты, как повелось с 63-го года, копаются в его грязном белье. И Мик выдаёт печальный афоризм: "Сплетня всегда больше, чем музыка".
   Скандальная хроника длится бесконечно, как мыльная опера. Развод с первой женой, Бианкой, чем-то неуловимо похожей на Мика. По его словам, он любил в ней самого себя. Запутанные добрачные отношения со второй, Джерри Холл, высокооплачиваемой манекенщицей из Техаса, которую Мик отбил у небезызвестного плейбоя Брайана Ферри. Заметим в скобках, что в отличие от битлов, льстивших женскому полу, роллинги всегда выказывали глубокие сомнения в умственных способностях представительниц лучшей половины рода человеческого (сравните хотя бы "Girl" Леннона -Маккартни и "Stupid Girl" (букв."Глупая девушка") Джэггера - Ричарда). О неотразимой блондинке Джерри писали, что благодаря своему тягучему акценту она превращает не самое длинное английское слово sex в поистине нескончаемое. Но в пику всем прогнозам второй брак Джэггера удачен, и сегодня папаша Мик Джэггер, в лучших английских традициях, запрещает своему пятилетнему наследнику смотреть телевизор.
   В свои 47 Мик по-прежнем в отличной форме, время пощадило его. А в душе он остался подростком. "Я обнаружил это, вглядываясь в лица других рок-н-ролльщиков. Они задержались в подростковом возрасте. Я не знаю, хорошо это или плохо, я не в силах это оценить. Мне в кайф быть таким, какой я есть… Я постоянно проживаю наяву свои подростковые сны." В наше время зрелость приходит к мужчине годам к сорока. Первым обратил на это внимание Василий Аксёнов в "Поисках жанра", где сетовал, что проскочил поворот на 40 годков, все повернули, а он задержался. Речь здесь идёт не о молодящихся старичках, не об инфантильном бегстве от ответственности, а о мироощущении. Возможно, константность этого мироощущения и является смыслом рок-н-ролла.
   В середине 80-х сердца фанатов "Стоунз" чуть не разорвались от обилия слухов о распаде группы. Мик раздаёт интервью, где упорно говорит о желании начать сольную карьеру, соединить американский попс с некоммерческим британским роком. В этом альянсе - соль задуманного эксперимента. Вскоре появляется пластинка "She's the boss", где роль "босса" отдаётся главе семьи, то есть жене, а суть одноимённой песни легко сводима к двустишию из поэмы Арсения Тарковского:

Она меня давно хотела,
А я плевал на это дело!
  
Джэггер ироническим оком оглядывает повседневье, свои слабости, комплексы, страхи. Свою ревность. В записи альбома участвуют отличные музыканты, Мик в очередной раз попадает в десятку, уловив заказ времени --танцевальные ритмы, сдобренные ностальгией по утраченному в туповатом диско мелодизму. Диск бойко раскупается. Что ж, лиха беда начало. Мик выпускает ещё один сольник, со знаменательной песней, построенной в форме диалога сына с отцом: "Скажи-ка, Daddy, ведь недаром… в 60-е ты слыл кем-то вроде рок-н-ролльного Рембо…", и ещё парой-тройкой хитов, достойных занять место в антологии шедевров "Стоунз". Ричардз не остаётся, естественно, в долгу и делает сольный диск, где у мэтра гитары внезапно прорезается недурственный вокал. Старые поклонницы Кейта ковыряются платочками в уголках повлажневших глаз.
   Между тем Мик сколачивает группу, увлеенно репетирует и прокатывается по городам и весям Японии и Австралии. Успех триумфальный. Здесь самое время процитировать забавную мысль журналиста из Сан-Франциско: "Величайшая правда о Мике Джэггере в том, что он знает, что все в зале знают, что он знает, что они знают, что он великий".
   В конце концов примирение Мика и Кейта всё-таки состоялось, их болельщики нервически перекрестились, а "Стоунз" записали энергичный альбом "Steel Wheels" ("Стальные колёса") и под это дело отправились в турне по земшару.

   Сколько лет существуют роллинги, столько раз они не приехали в гости к нам. Хотя в это лето, после лавины сообщений о предстоящих концертах в Лужниках, впору было пустить слезу.
   А "Стоунз" были от нас близко-близко: по личному приглашению президента Гавела они закатили супершоу в Праге в присутстсвии 130 тысяч зрителей.
   А может быть, и хорошо, что "Стоунз" прокатились мимо ? Помнится, Михаил Сергеевич Боярский, узнав, что Йоко Оно в Москве, оченно опечалился. И объяснил причину своего расстройства весьма оригинально: рок-звёзды должны держаться на дистанции, их можно только разглядывать до дыр на фотках, как все мы делали в 60-х. Тогда сохраняется аромат тайны. Это как ров вокруг замка. Ежели ров перейти, может выясниться, что в замке нет туалета, горячей воды, да и вообще там - мрак с привидениями.
   Так что будем признательны Госконцерту, хранителям тайны, за наше счастливое детство. Спасибо всем, кто лично позаботился о неприезде "Роллинг Стоунз".
   А заодно поблагодарим фирму "Мелодия" за уникальный подарок, диск из серии "Архив популярной музыки", с ходу попавший в западные каталоги как раритет из раритетов. Этот сборник "Стоунз" поражает качеством звучания так, как поразил бы нас лапоть, изготовленный в Катманду.

В оформлении статьи использованы фото: 1) с конверта пластинки "She's The Boss" (1985, сольник Мика); 2) c вкладки к винилу "Steel Wheels" (1989):

  

Назад