В чем причины этого провала? Такой вопрос задают сейчас многие критики. Чтобы ответить на него, необходимо вспомнить о прошлом ансамбля.
Прошло почти полтора десятилетия с тех пор, как предприимчивый импресарио Эндрю Олдем открыл этих одаренных молодых людей и «запустил на орбиту» мирового шоу-бизнеса. Появление новых идолов сопровождалось беспримерной рекламой, позволившей им вскоре стать главными соперниками группы «Битлз», чья популярность до того времени не имела себе равных. Однако, как отмечает печать, в самой этой рекламе и во всей «художественной» политике Олдема содержалась тенденция, предопределившая грядушую эволюцию «Роллинг стоунз». Эта тенденция сводилась к тому, чтобы, не считаясь ни с чем, «переплюнуть» «Битлз». Если последние носили длинные волосы, то у «Стоунз» они стали еще длиннее. Если «Битлз» играли громко, то концерты их соперников звучали еще громче. Если «Битлз» не гнушались грубых, жаргонных слов, то «Роллинг стоунз» включили в свой лексикон площадную брань. Наконец, если «Битлз» воспевали радость жизни и любовь, то звучащим символом их конкурентов стала песня «Пусть кровоточит!». Под руководством опытных коммерсантов ансамбль очень скоро отказался от первоначального репертуара, построенного на американских блюзовых мелодиях, лишился своего одаренного музыкального руководителя Брайана Джонса (его место занял тандем: Мик Джегер и Кейт Ричардсон) и отошел от всего, что напоминало о мелодичности, содержательности, а иногда и просто осмысленности.
После распада «Битлз» их соперники стали на Западе полными властителями коммерческой эстрады. Но концерты «Роллинг стоунз» все более превращались в безобразные оргии, ничего общего не имеющие с подлинным искусством.
Шло время, появлялись новые исполнительские группы, и «Роллинг стоунз» все труднее было сохранить свою популярность. «Кажется, будто электрический ток больше не пронизывает эту необыкновенную машину ритма, которая стала теперь машиной по выкачиванию денег,— констатировала «Нью-Йорк таймc».— Молодые люди, которые, казалось, некогда бросали вызов окружающей среде, превратились теперь в совладельцев миллионного концерна».
Недавнее европейское турне «Роллинг стоунз» было обставлено с невиданной помпой. 13 тяжелых грузовиков везли более 15 тонн всяческого реквизита, в том числе особую, движущуюся сцену, баснословно дорогой и баснословно обширный гардероб Мика Джеггера и 18 гитар Кейта Ричардсона. Согласно контракту, организаторы концертов на местах должны были обеспечивать непрерывное дежурство адвоката, врача и, конечно, усиленных нарядов полиции. Но все это, как и всевозможные цирковые трюки, уже не смогло замаскировать пустоту, неестественную вымученность происходившего на сцене.
«Музыканты, которых первоначально объединяла любовь к песне, превратились в завзятых акционеров шоу-бизнеса. Они давно уже забыли, что когда-то их связывала музыка.— сегодня их отношения скрепляются единственным стремлением: как можно дольше поддерживать в добром здравии курочку-несушку, которая шедро несет им золотые яички» — таков был приговор парижского еженедельника «Экспресс».